Для чего нужны кураторы

1 сообщение / 0 новое
Nat
Для чего нужны кураторы

Наша работа похожа на толкание колеса. Вот стоит огромное тяжелое замшелое колесо, деревянное, оббитое ржавым железом. Вросло уже и в землю на четверть. Кажется, не столкнуть его никогда, проще подвести динамит и рвануть – пусть сыпятся обломки, расчищают место. А то смотреть тошно на это безобразие.

Такова зачастую позиция органов опеки – семья, где есть неблагополучие, приемные или кровные, всегда риск. Риск того, что что-то случится, а кто будет отвечать? Сотрудник опеки, который никоем образом не может контролировать жизнь семьи, даже если он ночевать у них будет. Проще изъять ребенка – и пусть там суд разбирается, достойна ли мать быть матерью. А нервные переживания ребенка, выдернутого из семьи, в счет не идут. Жив-здоров-накормлен, чего еще надо детенышу?

Мы приходим, смотрим – да-а-а, КОЛЕСО. Многолетнее, необъятное. Ком проблем, не знаешь, с какой стороны подступиться. И, главное, всё-то ему круглому шоколадно, пусть плохонько – но жизнь-то идет, куда двигаться, ни перспектив нет, ни желания, ни возможностей. Детей грозятся изъять, да чего им надо? Нет бы помочь материально…..

И вот наши девочки берутся за край, пачкая руки в слякоти и многолетней грязи, упираются покрепче ногами – и толкают. От себя, как в той песне Высоцкого. А оно ни с места. Страшно, привычки не пускают, не понимают, куда и зачем двигаться. А кураторы еще толкают, тревожат, вытаскивают к юристам, в соцзащиту, в страшную школу, в опеку, в поликлинику, к психологу.

Медленно-медленно, по миллиметру выползает колесо. Уже с пониманием – что не оставят в покое, что таской да лаской заставят решать проблемы, где-то и помогут – ремонтом, продуктами, мебелью. На концерт или на природу вытащат. Вроде и свет в конце тоннеля появляется, интересно становится, жить легче.

И-и-и… пошло! Покатилось, родимое! По дороге как-то и грязь обсыпается, ржавчина опадает. Дети начинают учиться, в квартире появляется чистота и продукты, родители идут работать, семья сплачивается. Проверяющие ходить-то ходят, а протоколы уже не пишут – не за что. А потом и ходить перестают. Приемные семьи, которые мы берем на сопровождение, тоже начинают объединяться – психолог с мамой поработает, с ребенком, мягко и доходчиво объяснит каждому, как СТАТЬ СЕМЬЕЙ. Куратор вместе в школу сходит, примет на себя от педагогов и завучей, всё, что мамочке предназначалось – и, глядишь, вместе находят выход из запутанного и сложного положения.

Вот для нас самое приятное в работе – это когда все налаживается так, что мы получаем официальную бумагу – снята семья с учета. Это значит – можно выдохнуть. И поискать следующее колесо….

История семьи В.

Мама была беременна шестым ребенком, когда папа решил из семьи уйти. Устал, наверно, ведь дети – это так хлопотно. Срок беременности был большим, поэтому мама приняла решение родить ребенка – и оставить его в роддоме. Так и сделала. Здоровая, крепкая девочка, которая 9 месяцев слушала мамино сердце, оказалась совершенно одна.

На этом этапе мы начали работать с семьей. Проблем было очень много: глубокая депрессия матери от предательства близкого человека (и своего ребенка), крайне стесненные жилищные условия, практически нулевой доход, ребенок в доме малютки. И выхода, кажется, не было, поэтому опека стала настойчиво уговаривать маму поместить детей в приют.

Куратор семьи Настя вошла в семью и стала на какое-то время самым близким человеком. Она стала искать родственников, которые бы могли помочь в воспитании ребенка, помогала оформить детям садик, настойчиво вытаскивала маму из депрессии на свет. Мы оказывали материальную помощь – продуктами, детской одеждой, лекарствами. Мама с детьми посещала бесплатные спектакли.

Настя с помощью юриста распутала сложнейший клубок жилищных вопросов, в результате чего сейчас семья имеет реальный шанс в получении расширенного жилья. Помогли мы оформить пособия, субсидии, всё, что положено по закону, но что требует бесконечно выматывающей гонки по кабинетам и многочасовых очередей в соцзащите.

Через 2 месяца мама поверила, что она не одна, что ее поддержат и не бросят. Она забрала ребенка из Дома малютки и воспитывает е теперь сама. Нашли мы и семейную поддержку – бабушку, которая стала принимать активное участие в помощи семье.

Старший, Никита, в этом году закончил 9 класс. Как все подростки, видя, что матери не до него, он распустился донельзя – ходить в школу перестал, уроки не делал, как собирался сдавать экзамены  - вообще непонятно. Маму регулярно вызывали сначала к классному руководителю, потом на педсовет, а потом – на комиссию по делам несовершеннолетних. Примите меры. Полиция составляла протоколы за неисполнение родительских обязанностей….

Мама под таким давлением просто не могла сообразить, куда кидаться – ловить гуляющего Никиту и тащить его за шиворот в школу (и потом сидеть с ним, чтобы не сбежал), готовить из ничего обед, вести/забирать детей в садик, постирать-погладить-прибраться (а то опять придут, протокол составят за грязь) - или просто сесть в уголок, закрыть глаза и сделать вид, что это просто страшный сон.

Куратор Настя взяла эту функцию на себя. Совместно со школой составили индивидуальный график занятий – чтобы Никита мог догнать материал. Когда и в школу его водила. Беседовала с педагогами, искали компромисс. И вот итог – Никита сдал экзамены за 9 класс. На тройки, НО – это не справка об окончании школы (с которой даже в техникум не возьмут), а полноценный аттестат.

Итог. Мама работает. Дети в садике, с младшей помогает бабушка. Никита подал документы в техникум. У семьи есть перспективы получения жилья. И главное – все дети в семье, которая СТАЛА СЕМЬЕЙ. От комиссии по делам несовершеннолетних мы получили уведомление, что семья В. снята с учета по исправлению.

                              

Другие материалы по теме